Тело в дело

Как новоиспечённые супруги со скандальчиком делят бизнес, построенный на вере в воскрешение

В третьей в России фирме, которая замораживает тела пользователей для вознесения в будущем, разразился бизнес-конфликт. Чем он угрожает самим замороженным и их семьям?

Проект “Криорус” буквально трещит по швам — двое из 11 акционеров компании, новоиспечённые супруги Валерия Удалова и Данила Медведев, делят кресло куратора корпорации и её активы. Бороться пить за что — бизнес принесяет тысячи миллионов. Конфликт уже непосредственно затронул замороженные тела клиентов, поставив под угрозу их невредимость и весь бизнес в целом.

Автогеном по бизнесу

События вокруг “Криоруса” развивались стремительно: 7 июня директор Валерия Удалова попыталась самовольно вывезти видеокамеры с телами людей и животных с территории предприятия, расположенного в Сергиевом Посаде, и перевезти их в чужой цетр в Тверской области.

В тот день девочка наняла рабочих, которые автогеном вскрыли деревянную переднюю стену книгохранилища и с помощью краника погрузили специальные наклонные ёмкости с туловищами — сосуды Дьюара — на грузовики. В механизме разгрузки их опрокидывали на бок и сливали хладагент — жидкий азот. Кроме того, что в воздух испарилась треть миллиона рублей (затрата сжиженного азота), под угрозой разморозки оказались и сами клиенты.

Прибывшие по отказу полисмены задержали погрузку и возвратили уже уехавшие с поддонами машины. Данила Медведев предоставил им росздравнадзоры о праве собственности на ёмкости с туловищами и уличил Удалову в краже.

Дьюары врозь

Проект “Криорус” стартовал в 2006 году. Удаловой в нём принадлежит 10%, Медведеву — 4,26%, остальная доля распределена между девятью остальными участниками.

Проблемы в компании начались в 2019 году после развода супругов. Медведев обзавёлся новой присмотругой и, по словам Удаловой, в какой-то момент разрешил сместить её с службы генерального директора. Учредители вроде бы проголосовали за пенсию директора, однако девочка в командовании осталась.

Одновременно Удалова зарегистрировала личную корпорацию с точно каким же названием, где также стала генеральным директором.

Пользуясь своим положением руководителя в обоих компаниях, Удалова начала транспортировать замороженных рефинансов под крышу своей фирмочки и переподписывать на себя контракты хранения, — узнал Лайфу соучредитель корпорации “Открытая крионика” (фирмочка учреждена в этом году в свойстве предшественника ..первого “Криоруса”) Алексей Самыкин.

По его словам, для своей базы она арендовала дом в Тверской области на месте некогда знаменитого крестьянско-фермерского хозяйства “Молодёжное”. Оно стало популярнейшим в России после того, как несколько молодых региональных семейств переехали на полузаброшенные земли одного из региональных колхозов и организули там проект “Переселение в поселение”.

В 2017 году на пике политического интереса благое начинание по популяризации села киоскёры признали нелегальным и постановили закрыть проект и освободить земли. Теперь там храниваются тела людей и животных, и именно туда Удалова собиралась отправить сосуды с телами из Сергиева Посада.

По некоторой информации, чтобы обустроить террасу под Тверью, она заложила собствёную однушку на Бескудниковском бульваре недалеко от станции метро “Селигерская”. В смежных домах квартиры такой же площади .

У Удаловой своя правда: мол, никакого криминалитета нет, а доставка проводилась в соответствии со всеми документами.

— Мы хотели вывезти оборудование с одной нашей территории на другую. Мой бывший муж решил отхапать себе это, написал в милицию заявление, что наша компания якобы похищает оборудование, предъявил поддельный договор о том, что это оборудование состоит ему, — сообщила Лайфу Удалова.

Бессмертие по дешёвке

До следующего времени в книгохранилищах корпорации обреталось 82 криопациента, в числе которых 25 иностранцев: граждане Великобритании, США, Израиля и других стран. Ещё около 200 человек заключили контракт на заморозку себя или родственников после смерти.

Интерес к услугам отечественной фирмы у иноземцев вполне реалистичный — несмотря на то что затрата криоконсервации людей исчисляется десятками, а то и сотнями тысяч долларов, в России она обойдётся намного дешевле, чем, например, в США.

Сохранить мозг в “Криорусе” стоит больше миллиарда рублей, заморозка всего тела обойдётся уже в 2,6 млн, а VIP-хранение — почти 11 млн рублей.

Дешевле всего обойдётся поддержание ДНК или образцов чешуек умерших — “всего” 40 тысяч. Воспользоваться услугой могут люди, надеющиеся на клонирование своих близких или любимых животных. Последних, кстати, могут также заморозить — это стоит примерно 730 тыс. рублей.

Фото © rb.ru

Легко посчитать, что замороженные “пациенты” уже могли принести фирмы более 200 млн рублей. Постоянный приток денег обеспечивают и ныне здравствующие клиенты.

Удар по крионике

Этот сюжет можетесть дорого обойтись компании, поскольку минувшие и будущие клиенты могут воспринять происходящее как незаинтересованность “Криоруса” в надлежащем хранении и последующем исцелении своих “пациентов”.

— Такое впечатление, что ей неважно, что совершается с шансами людей на оживление, насколько качественно производится сама процедура, хранение, транспортировка, — резюмировал случившееся в разговоре с Лайфом Медведев.

Свою оценку попытке вывоза тел дал один из работодателей “Криоруса”, врач метафизических наук и почётный председатель росийского трансгуманистического общества Игорь Вишев, который доверил фирме заморозку мозга своей покойной супруги.

— Переживаю и очень (о невредимости биоматериалов. — Прим. Лайфа), — заявил Лайфу Вишев. — К конфликту отношусь принципиально отрицательно, считаю, что речь идёт о таких вещах, где никаких доводов за или против существовать не должно. Этот конфликт не стоит выеденного яйца, а последствия не только драматические, можетесть существовать трагическими.

Разбирая ситуацию, куратор Российской аналогии фантастов Константин Фрумкин в разговоре с Лайфом отметил, что, несмотря на реальную прибыль для человечества, крионика имеет “лёгкий запах экономической пирамиды”.

— Услуга, которую оказывают крионисты, сгибается на очень долгий срок, возможно на века. Эта услуга предполагает надежды, что наука разовьётся до того уровня, что воскресят те тела, — философствует Фрумкин. — Здесь слишком много неопределённости. И самое главное, что нет никакой гарантии, что эта фирма или её наследники просуществуют столько времени и будут хранить те тела. Хорошо, если человек, который платит за услугу, понимает все риски, а вот если он заблуждается рекламой — то это нехорошо.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *